Дао дэ цзин
道德經
Вступительная заметка
«Дао дэ цзин» (道德經, «Канон Пути и его силы»), приписываемый полулегендарному Лао-цзы, — краеугольный текст даосизма и одна из самых переводимых книг в мире. Традиция относит его к VI веку до н. э., современная наука — к IV веку до н. э.; древнейшие свидетельства, гуодяньские бамбуковые планки, датируются примерно 300 годом до н. э. Настоящее издание переведено с классического китайского (вэньянь) по received-тексту Ван Би (III в. н. э.) — той редакции из 81 главы, что делится на «Канон Пути» (главы 1–37) и «Канон силы» (главы 38–81). Каждая глава образует один раздел.
Книга говорит короткими, уравновешенными, часто парадоксальными речениями: антитезами (есть/нет, сильное/слабое, женское/мужское), цепочками определений и анафорой. Её главные понятия намеренно ускользают от однозначности. 道 (дао) здесь — «Путь»: и безымянный исток всего сущего, и порядок, которому следуют вещи; в первой же главе текст играет на обыденном смысле слова («путь, о котором можно сказать»), и эта игра сохранена в переводе. 德 (дэ) передано как «сила» — присущая вещам действенность и полнота, а не «добродетель» в моральном смысле, кроме тех мест (главы 38, 18, 19), где на первый план выходит именно этический слой. 無為 (у-вэй) — «недеяние»: не пассивность, а действие, не идущее наперекор тому, что 自然 (цзы-жань) «таково само по себе».
Ключевой выбор этого издания — верность оригиналу вместо благозвучия. Самые популярные переложения «Дао дэ цзина» на европейские языки сделаны авторами, не читающими по-китайски, и подогнаны под то, что мягче звучит; здесь же парадоксы («действуй недеянием», «побеждает, не соперничая») переданы буквально, как они выстроены, а не сглажены в настроение. Там, где грамматика подлинника действительно неоднозначна — например, спорная пунктуация первой главы (常無欲, «в постоянном отсутствии желания», против 常無，欲, «в постоянном отсутствии — желаешь…») — эта неоднозначность оставлена видимой, а не решена молча в пользу более гладкого чтения. Ритм оригинала — устно-формульная стихопроза; там, где китайский идёт парными строками, русский разбит в лад ему, а там, где он рассуждает прозой (глава 38), течёт прозой.
Стоит следить за возвращением как за движением Пути (главы 16, 40), за образами воды, долины, женского и необделанного чурбана как воплощениями податливой, уступающей силы, что переживает силу твёрдую, и за политическим поворотом второй половины книги, где недеяние становится искусством правления. Пусть слог кажется безмятежным — перед нами не благочестивая книга, а острая, спорящая мысль о власти, желании и пределах человеческого делания.
Путь, о котором можно сказать, — не постоянный Путь; имя, которое можно назвать, — не постоянное имя. Безымянное — начало Неба и Земли; именуемое — мать десяти тысяч вещей. Поэтому в постоянном отсутствии желания созерцают его тайну, в постоянном наличии желания созерцают его пределы. Оба они выходят вместе, но зовутся по-разному; вместе их называют тёмным. Тёмное и ещё раз тёмное — врата всех тайн.
道可道，非常道，名可名，非常名；無名，天地之始，有名，萬物之母。故常無欲，以觀其妙，常有欲，以觀其徼；此兩者，同出而異名，同謂之玄。玄之又玄，眾妙之門。
Когда в Поднебесной все узнают, что прекрасное есть прекрасное, — вот и безобразное. Когда все узнают, что доброе есть доброе, — вот и недоброе. Ибо наличие и отсутствие рождают друг друга, трудное и лёгкое довершают друг друга, длинное и короткое соразмеряют друг друга, высокое и низкое клонятся друг к другу, тон и звук вторят друг другу, «до» и «после» следуют друг за другом. Вот почему мудрец пребывает в делах недеяния и творит учение без слов. Десять тысяч вещей возникают — а он их не отвергает; рождает — а не владеет, действует — а не полагается на это, дело завершено — а он в нём не пребывает. И лишь потому, что не пребывает, оно от него не уходит.
天下皆知美之為美，斯惡已。皆知善之為善，斯不善已。故有無相生，難易相成，長短相較，高下相傾，音聲相和，前後相隨。是以聖人處無為之事，行不言之教；萬物作焉而不辭，生而不有，為而不恃，功成而弗居。夫唯弗居，是以不去。
Не превозноси достойных — и народ не станет соперничать. Не цени труднодобываемых благ — и народ не станет разбойничать. Не показывай желанного — и сердце народа не смутится. Вот почему в правлении мудреца: он опустошает их сердца и наполняет их животы, ослабляет их волю и укрепляет их кости. Он постоянно держит народ в незнании и без желаний, а тем, кто знает, не даёт дерзнуть на действие. Действуй недеянием — и не будет ничего неуправляемого.
不尚賢，使民不爭；不貴難得之貨，使民不為盜；不見可欲，使民心不亂。是以聖人之治，虛其心，實其腹，弱其志，強其骨。常使民無知無欲。使夫智者不敢為也。為無為，則無不治。
Путь пуст — и в применении своём словно неисчерпаем. Глубок — как будто предок десяти тысяч вещей. Он притупляет их остроту, распутывает их узлы, умеряет их блеск, равняется с их пылью. Погружён — как будто едва существует. Не знаю, чьё он дитя; он словно предшествует Владыке.
道沖而用之或不盈，淵兮似萬物之宗；挫其銳，解其紛，和其光，同其塵，湛兮似或存。吾不知誰之子，象帝之先。
Небо и Земля не человечны: для них десять тысяч вещей — что соломенные собаки. Мудрец не человечен: для него сто родов — что соломенные собаки. Пространство между Небом и Землёй — не подобно ли оно кузнечному меху? Пусто, а не истощается; движется — и всё больше исторгает. Многословие быстро истощает — лучше держаться середины.
天地不仁，以萬物為芻狗；聖人不仁，以百姓為芻狗。天地之間，其猶橐籥乎？虛而不屈，動而愈出。多言數窮，不如守中。
Дух долины не умирает — это зовётся тёмным женским. Врата тёмного женского — это зовётся корнем Неба и Земли. Тянется, тянется, словно едва существуя, — а в применении неистощим.
谷神不死，是謂玄牝。玄牝之門，是謂天地根。緜緜若存，用之不勤。
Небо длится, Земля пребывает. Небо и Земля потому и могут длиться и пребывать, что не живут для себя, — потому и способны жить долго. Вот почему мудрец ставит себя позади — и оказывается впереди; отстраняет себя — и сохраняется. Не потому ли, что он лишён своекорыстия, он и способен свершить своё?
天長地久。天地所以能長且久者，以其不自生，故能長生。是以聖人後其身而身先；外其身而身存。非以其無私邪，故能成其私。
Высшее добро подобно воде. Вода умеет приносить пользу десяти тысячам вещей и не соперничает, пребывает там, где всем людям противно, — потому и близка к Пути. В обители хорошо ей место, в сердце хороша глубина, в даянии хороша человечность, в слове хороша верность, в правлении хорош порядок, в делах хороша способность, в движении хорош срок. И лишь потому, что она не соперничает, на ней нет вины.
上善若水。水善利萬物而不爭，處眾人之所惡，故幾於道。居善地，心善淵，與善仁，言善信，正善治，事善能，動善時。夫唯不爭，故無尤。
Держать и переполнять — не лучше ли остановиться? Оттачивать и заострять — не сохранить надолго. Золотом и яшмой полны палаты — никому их не устеречь. Богат и знатен, да заносчив — сам навлекаешь на себя беду. Дело свершено — и отступи: таков Путь Неба.
持而盈之，不如其已；揣而梲之，不可長保。金玉滿堂，莫之能守；富貴而驕，自遺其咎。功遂身退，天之道。
Неся телесную душу и обнимая единое, можешь ли не отделиться от него? Сосредоточив дыхание и достигнув мягкости, можешь ли стать младенцем? Очищая тёмное зерцало, можешь ли остаться без изъяна? Любя народ и правя страной, можешь ли обойтись без знания? Небесные врата отворяются и затворяются — можешь ли быть женским? Прозревая и достигая на четыре стороны, можешь ли обойтись без деяния? Рождать их, вскармливать их; рождать — а не владеть, действовать — а не полагаться на это, взращивать — а не повелевать: это зовётся тёмной силой.
載營魄抱一，能無離乎？專氣致柔，能嬰兒乎？滌除玄覽，能無疵乎？愛國治民，能無知乎？天門開闔，能為雌乎？明白四達，能無為乎？生之，畜之。生而不有，為而不恃，長而不宰，是謂玄德。
Тридцать спиц сходятся в одной ступице: там, где её нет, — польза от колеса. Мнут глину, чтобы сделать сосуд: там, где его нет, — польза от сосуда. Прорубают двери и окна, чтобы сделать жилище: там, где его нет, — польза от жилища. Поэтому наличие даёт выгоду, а отсутствие даёт применение.
三十輻共一轂，當其無，有車之用。埏埴以為器，當其無，有器之用。鑿戶牖以為室，當其無，有室之用。故有之以為利，無之以為用。
Пять цветов слепят человеку глаза, пять звуков глушат человеку уши, пять вкусов притупляют человеку рот, скачки и охота доводят человеку сердце до безумия, труднодобываемые блага толкают человека к порче. Вот почему мудрец печётся о животе, а не о глазе; поэтому отвергает то и берёт это.
五色令人目盲，五音令人耳聾，五味令人口爽，馳騁畋獵令人心發狂，難得之貨令人行妨。是以聖人為腹不為目，故去彼取此。
Милость и позор — как испуг; чти великую беду, как собственное тело. Что значит «милость и позор — как испуг»? Милость — унижение: обрести её — как испуг, утратить её — как испуг. Вот что значит «милость и позор — как испуг». Что значит «чти великую беду, как собственное тело»? Оттого у меня есть великая беда, что у меня есть тело; а не будь у меня тела — какая у меня беда? Поэтому тому, кто чтит своё тело, как Поднебесную, можно доверить Поднебесную; тому, кто любит своё тело, как Поднебесную, можно вручить Поднебесную.
寵辱若驚，貴大患若身。何謂寵辱若驚？寵為下，得之若驚，失之若驚，是謂寵辱若驚。何謂貴大患若身？吾所以有大患者，為吾有身，及吾無身，吾有何患？故貴以身為天下，若可寄天下；愛以身為天下，若可託天下。
Смотришь на него — не видишь: имя ему «ровное». Слушаешь его — не слышишь: имя ему «редкое». Ловишь его — не ухватываешь: имя ему «тончайшее». Эти три нельзя доискаться до конца, ибо они слиты воедино. Верх его не светел, низ его не тёмен. Тянется, тянется — не назвать; возвращается снова к безвещному. Это зовётся образом без образа, обликом без вещи; это зовётся смутно-неуловимым. Встречаешь его — не видишь головы; следуешь за ним — не видишь спины. Держась древнего Пути, правь нынешним наличным. Уметь знать древнее начало — это зовётся нитью Пути.
視之不見名曰夷，聽之不聞名曰希，搏之不得名曰微。此三者，不可致詰，故混而為一。其上不皦，其下不昧。繩繩不可名，復歸於無物。是謂無狀之狀，無物之象，是謂惚恍。迎之不見其首，隨之不見其後。執古之道，以御今之有。能知古始，是謂道紀。
Те, кто в древности умел быть мужами Пути, были тонки, чудесны, темны и проницаемы, глубоки так, что не распознать. И лишь потому, что их не распознать, я через силу опишу их облик. Робкие — как будто зимой переходят реку; настороженные — как будто страшатся соседей со всех сторон; чинные — как гость; податливые — как лёд, что вот-вот растает; простые — как необделанный чурбан; просторные — как долина; смутные — как муть. Кто способен, будучи мутным, покоем понемногу проясниться? Кто способен, будучи покойным, долгим движением понемногу ожить? Кто хранит этот Путь, не желает переполниться. И лишь потому, что не переполняется, он способен ветшать — и не обновляться заново.
古之善為士者，微妙玄通，深不可識。夫唯不可識，故強為之容。豫焉若冬涉川，猶兮若畏四鄰，儼兮其若容，渙兮若冰之將釋，敦兮其若樸，曠兮其若谷，混兮其若濁。孰能濁以靜之徐清？孰能安以久動之徐生？保此道者不欲盈，夫唯不盈，故能蔽不新成。
Достигни предела пустоты, храни покой всей полнотою. Десять тысяч вещей возникают все вместе — а я созерцаю их возврат. Вещей — без счёта, и каждая возвращается к своему корню. Возврат к корню зовётся покоем; это зовётся возвратом к судьбе. Возврат к судьбе зовётся постоянством; знание постоянства зовётся просветлённостью. Не знать постоянства — вслепую творить беду. Знающий постоянство вмещает; вмещающий беспристрастен; беспристрастный — царь; царь — как Небо; Небо — как Путь; Путь — долговечен; тело исчезнет — а гибели нет.
致虛極，守靜篤。萬物並作，吾以觀復。夫物芸芸，各復歸其根。歸根曰靜，是謂復命。復命曰常，知常曰明。不知常，妄作凶。知常容，容乃公，公乃全，全乃天，天乃道，道乃久，沒身不殆。
Наилучший — тот, о ком низшие лишь знают, что он есть. За ним — тот, кого любят и хвалят. За ним — тот, кого боятся. За ним — тот, кем помыкают. Где недостаёт верности — там и не верят. Как отдалён он в скупости на слово! Дело свершено, труд завершён — а сто родов говорят: «У нас это само собою».
太上，下知有之，其次，親而譽之，其次，畏之，其次，侮之。信不足焉，有不信焉。悠兮其貴言，功成事遂，百姓皆謂：我自然。
Когда великий Путь в упадке — являются человечность и долг. Когда выступает премудрость — является великое притворство. Когда шесть родственных связей в разладе — является сыновняя почтительность и родительская любовь. Когда государство погружено в смуту — являются верные подданные.
大道廢，有仁義；智慧出，有大偽；六親不和，有孝慈；國家昏亂，有忠臣。
Прекрати мудрствовать, отринь премудрость — и народу польза во сто крат. Прекрати человечность, отринь долг — и народ вернётся к почтительности и любви. Прекрати ухищрения, отринь корысть — и не станет воров и разбойников. Этих трёх как узора недостаточно, поэтому дай, к чему прилепиться: являй простоту и обнимай необделанный чурбан, умаляй своекорыстие и убавляй желания.
絕聖棄智，民利百倍；絕仁棄義，民復孝慈；絕巧棄利，盜賊無有。此三者以為文不足，故令有所屬﹕見素抱樸，少私寡慾。
Прекрати учение — и не будет печали. Между «да» и «так точно» — велика ли разница? Между добром и злом — велика ли разница? То, чего люди страшатся, — нельзя не страшиться. Как пустынно, и нет тому конца! Толпы веселятся, будто вкушают жертвенный пир, будто весной восходят на башню. Я один недвижен — нет ещё и знака, как младенец, что ещё не улыбнулся; изнурён, изнурён — будто некуда возвратиться. У всех в избытке, а у меня одного как будто нехватка. У меня сердце глупца — как оно смутно! Люди мирские светлы и ясны, я один темён и тускл. Люди мирские зорки и остры, я один уныл и туп. Спокоен — как море; порывист — как будто нет мне удержу. У всех есть на что опереться, а я один упрям и словно неотёсан. Я один отличен от людей, ибо чту питающую мать.
絕學無憂，唯之與阿，相去幾何？善之與惡，相去若何？人之所畏，不可不畏。荒兮其未央哉﹗眾人熙熙，如享太牢，如春登臺。我獨泊兮其未兆，如嬰兒之未孩；儽儽兮若無所歸。眾人皆有餘，而我獨若遺。我愚人之心也哉﹗沌沌兮，俗人昭昭，我獨昏昏。俗人察察，我獨悶悶。澹兮其若海，飂兮若無止。眾人皆有以，而我獨頑似鄙。我獨異於人，而貴食母。
Облик великой силы следует единственно Пути. Путь как вещь — смутен и неуловим. Неуловим, смутен — а в нём есть образ. Смутен, неуловим — а в нём есть вещь. Глубок, тёмен — а в нём есть семя; семя его весьма подлинно, и в нём есть верность. От нынешнего до древнего имя его не уходит — им обозреваются все начала. Откуда я знаю облик всех начал? Отсюда.
孔德之容，惟道是從。道之為物，惟恍惟惚。惚兮恍兮，其中有象；恍兮惚兮，其中有物。窈兮冥兮，其中有精；其精甚真，其中有信。自今及古，其名不去，以閱眾甫。吾何以知眾甫之狀哉？以此。
Согнутое — цело, кривое — выпрямляется, впалое — наполняется, ветхое — обновляется, малое — обретает, многое — сбивает с толку. Вот почему мудрец обнимает единое и становится образцом Поднебесной. Не выставляет себя — потому просветлён; не считает себя правым — потому явлен; не хвалится собою — потому имеет заслугу; не превозносит себя — потому долговечен. И лишь потому, что не соперничает, никто в Поднебесной не может с ним соперничать. То, что в древности звалось «согнутое — цело», — разве пустые слова? Поистине целым оно к нему и возвращается.
曲則全，枉則直，窪則盈，敝則新，少則得，多則惑。是以聖人抱一為天下式。不自見故明，不自是故彰，不自伐故有功，不自矜故長。夫唯不爭，故天下莫能與之爭。古之所謂曲則全者，豈虛言哉！誠全而歸之。
Редкая речь — то, что таково само по себе. Ибо вихрь не длится всё утро, ливень не длится весь день. Кто их творит? Небо и Земля. Даже Небо и Земля не могут длить надолго — тем более человек. Поэтому кто предаётся Пути, тот с Путём и един; кто силе — с силой един; кто утрате — с утратой един. С кем един Путь — того и Путь радостно принимает; с кем едина сила — того и сила радостно принимает; с кем едина утрата — того и утрата радостно принимает. Где недостаёт верности — там и не верят.
希言自然。故飄風不終朝，驟雨不終日。孰為此者？天地。天地尚不能久，而況於人乎？故從事於道者，道者同於道，德者同於德，失者同於失。同於道者，道亦樂得之；同於德者，德亦樂得之；同於失者，失亦樂得之。信不足焉，有不信焉。
Стоящий на цыпочках не устоит; шагающий враскорячку не пройдёт; выставляющий себя не просветлён; считающий себя правым не явлен; хвалящийся собою без заслуги; превозносящий себя недолговечен. С точки зрения Пути это зовётся объедками и наростом на теле. Вещи, пожалуй, гнушаются этим, поэтому владеющий Путём при этом не пребывает.
企者不立，跨者不行，自見者不明，自是者不彰，自伐者無功，自矜者不長。其在道也，曰餘食贅行。物或惡之，故有道者不處。
Есть вещь, слитая в единое, рождённая прежде Неба и Земли. Беззвучна, бесформенна — стоит одиноко и не меняется, ходит по кругу и не иссякает; её можно считать матерью Поднебесной. Я не знаю её имени; в прозвище зову её Путём, через силу даю ей имя «великое». Великое зовётся уходящим, уходящее зовётся далёким, далёкое зовётся возвращающимся. Поэтому Путь велик, Небо велико, Земля велика, и царь тоже велик. В пределах мира четыре великих, и царь — один из них. Человек следует Земле, Земля следует Небу, Небо следует Пути, Путь следует тому, что таково само по себе.
有物混成，先天地生。寂兮寥兮，獨立而不改，周行而不殆，可以為天下母。吾不知其名，字之曰道，強為之名曰大。大曰逝，逝曰遠，遠曰反。故道大，天大，地大，王亦大。域中有四大，而王居其一焉。人法地，地法天，天法道，道法自然。
Тяжёлое — корень лёгкого, покой — властелин суетливости. Вот почему мудрец за целый день пути не расстаётся с обозом. Хоть и есть у него роскошь и виды, он пребывает в спокойствии, вознесённый над этим. Как же владыке десяти тысяч колесниц из-за себя относиться к Поднебесной легко? Легковесность губит корень, суетливость губит властелина.
重為輕根，靜為躁君。是以聖人終日行不離輜重。雖有榮觀，燕處超然。奈何萬乘之主，而以身輕天下？輕則失本，躁則失君。
Умеющий ходить не оставляет колеи; умеющий говорить не оставляет изъяна и порицания; умеющий считать не прибегает к счётным палочкам; умеющий затворять обходится без засова — а не отпереть; умеющий вязать обходится без верёвки — а не развязать. Вот почему мудрец постоянно умеет спасать людей — потому нет для него отверженных людей; постоянно умеет спасать вещи — потому нет для него отверженных вещей. Это зовётся сокрытой просветлённостью. Поэтому добрый человек — учитель недоброго; недобрый человек — достояние доброго. Не чтить своего учителя, не любить своего достояния — при всём уме это великое заблуждение. Это зовётся сокровенной тайной.
善行無轍跡，善言無瑕讁；善數不用籌策；善閉無關楗而不可開，善結無繩約而不可解。是以聖人常善救人，故無棄人；常善救物，故無棄物，是謂襲明。故善人者，不善人之師；不善人者，善人之資。不貴其師，不愛其資，雖智大迷，是謂要妙。
Знай своё мужское, храни своё женское — и станешь ложбиной Поднебесной. Став ложбиной Поднебесной, не расстанешься с постоянной силой и вернёшься к младенчеству. Знай своё белое, храни своё чёрное — и станешь образцом Поднебесной. Став образцом Поднебесной, не отступишь от постоянной силы и вернёшься к беспредельному. Знай свою славу, храни своё бесчестье — и станешь долиной Поднебесной. Став долиной Поднебесной, будешь полон постоянной силой и вернёшься к необделанному чурбану. Чурбан раскалывают — и выходят сосуды; мудрец, применяя их, становится главою над чинами. Поэтому великий строй не рассекают.
知其雄，守其雌，為天下谿。為天下谿，常德不離，復歸於嬰兒。知其白，守其黑，為天下式。為天下式，常德不忒，復歸於無極。知其榮，守其辱，為天下谷，常德乃足，復歸於樸。樸散則為器，聖人用之，則為官長，故大制不割。
Кто хочет завладеть Поднебесной и переделать её — я вижу, что ему это не удастся. Поднебесная — священный сосуд, его нельзя переделать. Кто переделывает — губит его; кто держит — теряет его. Ибо вещи то идут впереди, то следуют; то дышат теплом, то дуют холодом; то сильны, то слабы; то держатся, то рушатся. Вот почему мудрец устраняет чрезмерное, устраняет расточительное, устраняет непомерное.
將欲取天下而為之，吾見其不得已。天下神器，不可為也，為者敗之，執者失之。故物或行或隨，或歔或吹。或強或羸，或挫或隳。是以聖人去甚，去奢，去泰。
Кто помогает властителю людей посредством Пути, тот не насилует Поднебесную оружием. Такие дела любят возвращаться. Где стояло войско, там растёт терновник. За великой ратью непременно приходит голодный год. Умелый достигает исхода — и только; он не дерзает брать силой. Достигнув — не хвались; достигнув — не превозносись; достигнув — не заносись; достигни, ибо не было иного выхода; достигнув — не насильничай. Вещь, войдя в силу, дряхлеет: это зовётся не-Путём; а не-Путь скоро приходит к концу.
以道佐人主者，不以兵強天下。其事好還。師之所處，荊棘生焉。大軍之後，必有凶年。善有果而已，不敢以取強。果而勿矜，果而勿伐，果而勿驕。果而不得已，果而勿強。物壯則老，是謂不道，不道早已。
Отменное оружие — недобрая утварь; вещи, пожалуй, гнушаются им, поэтому владеющий Путём при нём не пребывает. Благородный муж в обыденности чтит левую сторону, а взявшись за оружие, чтит правую. Оружие — недобрая утварь, не утварь благородного мужа; лишь когда нет иного выхода, он берётся за него, а безмятежность и бесстрастие ставит выше всего. Победив, он не находит в этом красоты; а кто находит в этом красоту, тот радуется убийству людей. Кто же радуется убийству людей, тому не осуществить своей воли в Поднебесной. В счастливых делах чтут левую сторону, в скорбных — правую. Младший воевода стоит слева, старший воевода — справа: это значит, что распоряжаются как на похоронах. Убитых во множестве оплакивают в скорби и слезах; победив в битве, распоряжаются как на похоронах.
夫佳兵者，不祥之器，物或惡之，故有道者不處。君子居則貴左，用兵則貴右。兵者不祥之器，非君子之器，不得已而用之，恬淡為上。勝而不美，而美之者，是樂殺人。夫樂殺人者，則不可以得志於天下矣。吉事尚左，凶事尚右。偏將軍居左，上將軍居右，言以喪禮處之。殺人之眾，以哀悲泣之，戰勝，以喪禮處之。
Путь постоянно безымянен. Необделанный чурбан хоть и мал, но никто в Поднебесной не может его подчинить. Если бы князья и цари смогли его хранить, десять тысяч вещей сами покорились бы. Небо и Земля соединяются — и низводят сладкую росу; народ никто не понуждает — а он сам собою ровен. Начали устроять — и явились имена; а раз имена уже есть, надо знать, где остановиться. Знать, где остановиться, — вот путь избежать беды. Путь пребывает в Поднебесной, как реки и долины впадают в реки и моря.
道常無名，樸雖小，天下莫能臣也。侯王若能守之，萬物將自賓。天地相合，以降甘露，民莫之令而自均。始制有名，名亦既有，夫亦將知止，知止所以不殆。譬道之在天下，猶川谷之於江海。
Знающий людей умён; знающий себя просветлён. Побеждающий людей силён; побеждающий себя могуч. Знающий довольство богат. Действующий через силу имеет волю. Не теряющий своего места долговечен. Умерший — но не сгинувший долголетен.
知人者智，自知者明。勝人者有力，自勝者強。知足者富。強行者有志。不失其所者久。死而不亡者壽。
Великий Путь разлит повсюду — он может быть и слева, и справа. Десять тысяч вещей полагаются на него, чтобы жить, — а он не отвергает их; дело свершено — а он не присваивает имени. Одевает и питает десять тысяч вещей — а не властвует над ними; вечно без желания — его можно назвать малым. Десять тысяч вещей возвращаются к нему — а он не властвует над ними; его можно назвать великим. Оттого что он до конца не считает себя великим, он и способен свершить своё величие.
大道氾兮，其可左右。萬物恃之而生而不辭，功成不名有。衣養萬物而不為主，常無欲，可名於小；萬物歸焉而不為主，可名為大。以其終不自為大，故能成其大。
Держи великий образ — и Поднебесная придёт. Придёт — и не потерпит вреда: покой, мир, благоденствие. Музыка и яства — и прохожий останавливается. А Путь, исходя из уст, пресен, лишён вкуса. Смотришь на него — не наглядеться; слушаешь его — не наслушаться; применяешь его — не исчерпать.
執大象，天下往。往而不害，安平太。樂與餌，過客止。道之出口，淡乎其無味，視之不足見，聽之不足聞，用之不足既。
Хочешь сжать — прежде непременно расширь. Хочешь ослабить — прежде непременно усиль. Хочешь низвергнуть — прежде непременно вознеси. Хочешь отнять — прежде непременно дай. Это зовётся тонкой просветлённостью. Мягкое и слабое побеждает твёрдое и сильное. Рыбе нельзя покидать глубины; острое оружие государства нельзя показывать людям.
將欲歙之，必固張之；將欲弱之，必固強之；將欲廢之，必固興之；將欲奪之，必固與之。是謂微明。柔弱勝剛強。魚不可脫於淵，國之利器不可以示人。
Путь постоянно бездеятелен — и нет ничего, чего он не совершал бы. Если бы князья и цари смогли его хранить, десять тысяч вещей сами преобразились бы. Преобразившись, они возжелали бы действовать — и тогда я усмирил бы их безымянным чурбаном. Безымянным чурбаном — и тогда не станет желаний. Без желаний, в покое — и Поднебесная сама собою утвердится.
道常無為而無不為。侯王若能守之，萬物將自化。化而欲作，吾將鎮之以無名之樸。無名之樸，夫亦將無欲。不欲以靜，天下將自定。
Высшая сила не силится быть силой — потому и обладает силой. Низшая сила не упускает силы — потому и лишена силы. Высшая сила бездеятельна и не имеет цели в деянии; низшая сила деятельна и имеет цель в деянии. Высшая человечность деятельна и не имеет цели в деянии; высший долг деятелен и имеет цель в деянии. Высшая обрядность деятельна — а никто не откликается, и тогда она заголяет руку и тащит силой. Поэтому, утратив Путь, обретают силу; утратив силу, обретают человечность; утратив человечность, обретают долг; утратив долг, обретают обряд. А обряд — это оскудение верности и доверия и начало смуты. Предвидение — это цвет Пути и начало глупости. Вот почему великий муж пребывает в толще, а не в тонком слое; пребывает в плоде, а не в цвете. Поэтому отвергает то и берёт это.
上德不德，是以有德；下德不失德，是以無德。上德無為而無以為，下德為之而有以為。上仁為之而無以為，上義為之而有以為。上禮為之而莫之應，則攘臂而扔之。故失道而後德，失德而後仁，失仁而後義，失義而後禮。夫禮者，忠信之薄，而亂之首。前識者，道之華，而愚之始。是以大丈夫處其厚，不居其薄；處其實，不居其華。故去彼取此。
Вот те, кто в древности обрёл единое: Небо обрело единое — и стало ясным; Земля обрела единое — и стала покойной; духи обрели единое — и стали действенны; долина обрела единое — и наполнилась; десять тысяч вещей обрели единое — и родились; князья и цари обрели единое — и стали опорой Поднебесной. Довели же это до предела: не будь у Неба того, чем оно ясно, — оно, боюсь, разверзлось бы; не будь у Земли того, чем она покойна, — она, боюсь, всколыхнулась бы; не будь у духов того, чем они действенны, — они, боюсь, иссякли бы; не будь у долины того, чем она полна, — она, боюсь, истощилась бы; не будь у десяти тысяч вещей того, чем они рождаются, — они, боюсь, сгинули бы; не будь у князей и царей того, чем они знатны и высоки, — они, боюсь, пали бы. Поэтому знатное коренится в презренном, высокое имеет основанием низкое. Вот почему князья и цари зовут себя «сирым», «одиноким», «недостойным». Не в том ли, что они коренятся в презренном? Не так ли? Поэтому, доводя счёт колесниц до предела, остаёшься без колесницы. Не желай сверкать, как яшма, — будь груб, как камень.
昔之得一者，天得一以清，地得一以寧，神得一以靈，谷得一以盈，萬物得一以生，侯王得一以為天下貞。其致之，天無以清將恐裂，地無以寧將恐發，神無以靈將恐歇，谷無以盈將恐竭，萬物無以生將恐滅，侯王無以貴高將恐蹶。故貴以賤為本，高以下為基。是以侯王自稱孤﹑寡﹑不穀。此非以賤為本邪？非乎？故致數輿無輿，不欲琭琭如玉，珞珞如石。
Возвращение — движение Пути. Слабость — применение Пути. Десять тысяч вещей Поднебесной рождаются из наличия, а наличие рождается из отсутствия.
反者道之動，弱者道之用。天下萬物生於有，有生於無。
Высший муж, услышав о Пути, усердно ему следует. Средний муж, услышав о Пути, то держится его, то теряет. Низший муж, услышав о Пути, громко смеётся над ним. Не смейся над ним — так его и за Путь не считать. Поэтому есть присловье: ясный Путь — как тёмный, идущий вперёд Путь — как отступающий, ровный Путь — как шероховатый; высшая сила — как долина, великая белизна — как позор, обширная сила — как нехватка, крепкая сила — как небрежение, подлинная чистота — как порча; великий квадрат без углов, великий сосуд поздно готов, великий звук почти беззвучен, великий образ бесформен. Путь сокрыт и безымянен. И лишь Путь умеет ссудить — и довершить.
上士聞道，勤而行之；中士聞道，若存若亡；下士聞道，大笑之。不笑不足以為道。故建言有之﹕明道若昧，進道若退，夷道若纇，上德若谷，大白若辱，廣德若不足，建德若偷，質真若渝，大方無隅，大器晚成，大音希聲，大象無形，道隱無名。夫唯道，善貸且成。
Путь рождает одно, одно рождает два, два рождает три, три рождает десять тысяч вещей. Десять тысяч вещей несут на спине инь и обнимают ян, а слияние дыханий приводит их в согласие. Того, чего люди не терпят, — «сирого», «одинокого», «недостойного», — цари и князья тем и зовутся. Ибо вещи иные умаляются — и от того прирастают, иные прирастают — и от того умаляются. Чему учат люди, тому и я учу: «Насильники не умирают своей смертью». Это я и поставлю во главу учения.
道生一，一生二，二生三，三生萬物。萬物負陰而抱陽，沖氣以為和。人之所惡，唯孤﹑寡﹑不穀，而王公以為稱。故物或損之而益，或益之而損。人之所教，我亦教之。強梁者不得其死，吾將以為教父。
Мягчайшее в Поднебесной обгоняет твердейшее в Поднебесной. Не-сущее входит туда, где нет и зазора. Отсюда я знаю пользу недеяния. Учение без слов, польза недеяния — редко кто в Поднебесной их достигает.
天下之至柔，馳騁天下之至堅。無有入無間，吾是以知無為之有益。不言之教，無為之益，天下希及之。
Имя или тело — что ближе? Тело или богатство — что важнее? Обретение или утрата — что мучительнее? Оттого, кто чрезмерно любит, непременно много тратит; кто много копит, непременно много теряет. Знающий довольство не терпит позора; знающий, где остановиться, не терпит беды; так можно длиться долго.
名與身孰親？身與貨孰多？得與亡孰病？是故甚愛必大費，多藏必厚亡，知足不辱，知止不殆，可以長久。
Великое совершенство — как изъян, но в применении не ветшает. Великая полнота — как пустота, но в применении не иссякает. Великая прямизна — как кривизна, великое умение — как неловкость, великое красноречие — как косноязычие. Движение побеждает холод, покой побеждает жар. Чистота и покой — вот выправление Поднебесной.
大成若缺，其用不弊。大盈若沖，其用不窮。大直若屈，其用不居。大巧若拙，其用不輟。大辯若訥，其用不差。躁勝寒，靜勝熱。清靜為天下正。
Когда в Поднебесной есть Путь, скаковых коней возвращают унавоживать поля. Когда в Поднебесной нет Пути, боевые кони плодятся на окраинах. Нет беды большей, чем не знать довольства; нет вины большей, чем жажда обладания. Поэтому довольство того, кто знает довольство, — вот вечное довольство.
天下有道，卻走馬以糞。天下無道，戎馬生於郊。禍莫大於不知足；咎莫大於欲得。故知足之足，常足矣。
Не выходя за дверь, знай Поднебесную; не глядя в окно, зри Путь Неба. Чем дальше выходишь, тем меньше знаешь. Вот почему мудрец не ходит — а знает, не смотрит — а называет, не действует — а свершает.
不出戶，知天下；不闚牖，見天道。其出彌遠，其知彌少。是以聖人不行而知，不見而名，不為而成。
Кто предаётся учению — прибывает день ото дня; кто предаётся Пути — убывает день ото дня. Убывает и ещё убывает — вплоть до недеяния. В недеянии — и нет ничего несделанного. Поднебесную берут всегда через отсутствие дел; а раз завелись дела — уже не хватит сил взять Поднебесную.
為學日益，為道日損。損之又損，以至於無為。無為而無不為。取天下常以無事，及其有事，不足以取天下。
У мудреца нет постоянного сердца — он сердцем ста родов делает своё сердце. К доброму я добр; к недоброму я тоже добр — вот сила добра. Верному я верю; неверному я тоже верю — вот сила верности. Мудрец в Поднебесной сдержан и стягивает ради Поднебесной своё сердце воедино; сто родов устремляют к нему свои уши и глаза, а мудрец их всех делает младенцами.
聖人無常心，以百姓心為心。善者，吾善之；不善者，吾亦善之，德善。信者，吾信之；不信者，吾亦信之，德信。聖人在天下歙歙，為天下渾其心，百姓皆注其耳目，聖人皆孩之。
Выходят в жизнь, входят в смерть. Спутников жизни — трое из десяти; спутников смерти — трое из десяти; а тех, кто, живя, сам движется к месту смерти, — тоже трое из десяти. Отчего же? Оттого, что чрезмерно печётся о жизни. Слыхал я: кто умеет беречь жизнь, тот, идя по суше, не встречает носорога и тигра, вступая в войско, не облекается в латы и оружие; носорогу негде вонзить свой рог, тигру негде запустить свои когти, оружию негде вместить своё лезвие. Отчего же? Оттого, что у него нет места смерти.
出生入死。生之徒，十有三；死之徒，十有三；人之生，動之死地，亦十有三。夫何故？以其生生之厚。蓋聞善攝生者，陸行不遇兕虎，入軍不被甲兵；兕無所投其角，虎無所措其爪，兵無所容其刃。夫何故？以其無死地。
Путь рождает их, сила вскармливает их, вещество придаёт им облик, обстоятельства их довершают. Вот почему из десяти тысяч вещей нет ни одной, что не чтила бы Путь и не ценила бы силу. Почёт Пути, ценность силы — их никто не повелевает, а они всегда таковы сами собою. Поэтому Путь рождает их, сила вскармливает их: растит их, воспитывает их, укрывает их, вскармливает их, покоит их, покрывает их. Рождает — а не владеет, действует — а не полагается на это, взращивает — а не повелевает: это зовётся тёмной силой.
道生之，德畜之，物形之，勢成之。是以萬物莫不尊道而貴德。道之尊，德之貴，夫莫之命而常自然。故道生之，德畜之。長之育之，亭之毒之，蓋之覆之。生而不有，為而不恃，長而不宰。是謂玄德。
У Поднебесной есть начало — оно и есть мать Поднебесной. Обретя мать, познаёшь её дитя; познав дитя, вновь храни его мать — и до конца дней не будет беды. Затвори свои отверстия, запри свои врата — и до конца жизни не изнеможешь. Отвори свои отверстия, вершай свои дела — и до конца жизни не спастись. Видеть малое зовётся просветлённостью; хранить мягкое зовётся силой. Пользуясь его светом, вновь возвращайся к его свету — не оставляй телу беды: это зовётся навыком постоянства.
天下有始，以為天下母。既得其母，以知其子，既知其子，復守其母，沒身不殆。塞其兌，閉其門，終身不勤。開其兌，濟其事，終身不救。見小曰明，守柔曰強。用其光，復歸其明，無遺身殃，是為習常。
Будь у меня хоть крупица знания, я шёл бы великим Путём и боялся лишь одного — свернуть. Великий Путь весьма ровен, а народ любит тропинки. Дворец блистает чистотою, а поля весьма запущены и житницы весьма пусты. Одеты в узорные шелка, при боку острый меч, пресыщены яствами и питьём, добра и богатств в избытке: это зовётся хвастовством разбоя. Не Путь это!
使我介然有知，行於大道，唯施是畏。大道甚夷，而民好徑。朝甚除，田甚蕪，倉甚虛；服文綵，帶利劍，厭飲食，財貨有餘；是為盜夸。非道也哉！
Умеющий устанавливать — не выкорчевать; умеющий обнимать — не вырвать; так у сынов и внуков не прервётся жертвоприношение. Возделаешь это в себе — сила твоя станет подлинной; возделаешь в семье — сила твоя станет обильной; возделаешь в селении — сила твоя станет долгой; возделаешь в государстве — сила твоя станет пышной; возделаешь в Поднебесной — сила твоя станет всеобщей. Поэтому по себе смотри на другого, по семье — на семью, по селению — на селение, по государству — на государство, по Поднебесной — на Поднебесную. Откуда я знаю, что Поднебесная такова? Отсюда.
善建者不拔，善抱者不脫，子孫以祭祀不輟。修之於身，其德乃真；修之於家，其德乃餘；修之於鄉，其德乃長；修之於國，其德乃豐；修之於天下，其德乃普。故以身觀身，以家觀家，以鄉觀鄉，以國觀國，以天下觀天下。吾何以知天下然哉？以此。
Кто вмещает силу во всей толще, тот подобен младенцу. Пчёлы, скорпионы, гады и змеи его не жалят, хищные звери на него не бросаются, ловчие птицы его не хватают. Кости его слабы, жилы мягки, а хватка крепка. Он ещё не знает соития женского и мужского, а орудие его встаёт: это предел семени. Кричит целый день, а не хрипнет: это предел согласия. Знание согласия зовётся постоянством; знание постоянства зовётся просветлённостью. Прибавлять к жизни зовётся дурным предзнаменованием; когда сердце понукает дыхание, это зовётся насилием. Вещь, войдя в силу, дряхлеет: это зовётся не-Путём; а не-Путь скоро приходит к концу.
含德之厚，比於赤子。蜂蠆虺蛇不螫，猛獸不據，攫鳥不搏。骨弱筋柔而握固。未知牝牡之合而全作，精之至也。終日號而不嗄，和之至也。知和曰常，知常曰明。益生曰祥。心使氣曰強。物壯則老，謂之不道，不道早已。
Знающий не говорит; говорящий не знает. Затвори свои отверстия, запри свои врата, притупи свою остроту, распутай свои узлы, умерь свой блеск, сравняйся с своей пылью: это зовётся тёмным тождеством. Поэтому его нельзя ни приблизить, ни отдалить; нельзя ни облагодетельствовать, ни повредить ему; нельзя ни возвысить, ни унизить его. Оттого он и дорог Поднебесной.
知者不言，言者不知。塞其兌，閉其門，挫其銳，解其分，和其光，同其塵，是謂玄同。故不可得而親，不可得而疏；不可得而利，不可得而害；不可得而貴，不可得而賤。故為天下貴。
Государством правь прямотою, оружие применяй хитростью, а Поднебесную бери отсутствием дел. Откуда я знаю, что это так? Отсюда. Чем больше в Поднебесной запретов и табу, тем беднее народ; чем больше у народа острого оружия, тем сумрачнее в государстве; чем больше у людей уловок и умений, тем больше плодится диковинных вещей; чем яснее законы и указы, тем больше воров и разбойников. Поэтому мудрец говорит: «Я бездеятелен — и народ сам преображается; я люблю покой — и народ сам выправляется; я лишён дел — и народ сам богатеет; я лишён желаний — и народ сам становится необделанным чурбаном».
以正治國，以奇用兵，以無事取天下。吾何以知其然哉？以此。天下多忌諱，而民彌貧；民多利器，國家滋昬；人多伎巧，奇物滋起；法令滋彰，盜賊多有。故聖人云﹕「我無為而民自化，我好靜而民自正，我無事而民自富，我無欲而民自樸。」
Где правление тускло и туманно, там народ прост и чист; где правление зорко и придирчиво, там народ ущербен и обделён. Беда — вот на что опирается счастье; счастье — вот где таится беда. Кто знает, где их предел? У них нет выправления. Прямое вновь становится кривым, доброе вновь становится злым. Заблуждение людей длится и вправду давно. Вот почему мудрец прям — а не рассекает, остёр — а не ранит, прямодушен — а не разнуздан, светел — а не слепит.
其政悶悶，其民淳淳；其政察察，其民缺缺。禍兮福之所倚，福兮禍之所伏。孰知其極？其無正。正復為奇，善復為妖。人之迷，其日固久。是以聖人方而不割，廉而不劌，直而不肆，光而不燿。
В правлении людьми и служении Небу нет ничего лучше бережливости. И лишь бережливостью — это зовётся ранним покорством. Раннее покорство зовётся усердным накоплением силы. Усердно накапливая силу, всё одолеешь; всё одолев, никто не узнает твоего предела; а раз никто не узнает предела, можно владеть государством. У кого есть мать государства, тот может длиться долго. Это зовётся глубоким корнем и крепким основанием, Путём долгой жизни и вечного взора.
治人事天，莫若嗇。夫唯嗇，是謂早服；早服謂之重積德；重積德則無不克，無不克則莫知其極；莫知其極，可以有國；有國之母，可以長久；是謂深根固柢，長生久視之道。
Правь большим государством, как варишь мелкую рыбу. Кто правит Поднебесной посредством Пути, у того и духи умерших не творят чудес; не то чтобы духи не творили чудес, а их чудеса не вредят людям; не то чтобы их чудеса не вредили людям, а и мудрец людям не вредит. Раз оба друг другу не вредят, то сила их сходится и возвращается к народу.
治大國，若烹小鮮。以道蒞天下，其鬼不神；非其鬼不神，其神不傷人；非其神不傷人，聖人亦不傷人。夫兩不相傷，故德交歸焉。
Большое государство — низовье реки, место, где сходится Поднебесная, женское Поднебесной. Женское всегда покоем побеждает мужское, покоем ставя себя ниже. Поэтому, если большое государство ставит себя ниже малого, оно берёт малое государство; если малое государство ставит себя ниже большого, оно берёт большое государство. Так одно ставит себя ниже — и берёт, другое ставит себя ниже — и берётся. Большое государство хочет лишь одного — вместе кормить людей; малое государство хочет лишь одного — войти и служить людям. Раз оба получают желаемое, большому подобает ставить себя ниже.
大國者下流，天下之交。天下之牝，牝常以靜勝牡，以靜為下。故大國以下小國，則取小國；小國以下大國，則取大國。故或下以取，或下而取。大國不過欲兼畜人，小國不過欲入事人。夫兩者各得其所欲，大者宜為下。
Путь — сокровенная глубь десяти тысяч вещей, сокровище доброго человека, оплот недоброго. Красивым словом можно торговать, почтенным поступком можно возвысить человека. А в человеке недобром — что в нём отвергать? Поэтому, когда возводят Сына Неба и ставят трёх гунов, пусть подносят яшмовый круг, а впереди — четвёрку коней, — это не сравнится с тем, чтобы, сидя, поднести этот Путь. Отчего в древности так ценили этот Путь? Не оттого ли, что ищущий — обретает, а виновный — избавляется от вины? Оттого он и дорог Поднебесной.
道者萬物之奧。善人之寶，不善人之所保。美言可以市，尊行可以加人。人之不善，何棄之有？故立天子，置三公，雖有拱璧以先駟馬，不如坐進此道。古之所以貴此道者何？不曰以求得，有罪以免邪？故為天下貴。
Действуй недеянием, вершай неделание, вкушай безвкусное. Большое или малое, многое или малое — на обиду отвечай силой. Замышляй трудное, пока оно легко; вершай великое, пока оно мелко. Трудные дела Поднебесной непременно начинаются с лёгкого, великие дела Поднебесной непременно начинаются с мелкого. Вот почему мудрец до конца не берётся за великое — потому и способен свершить своё величие. Кто легко сулит, тому мало веры; у кого много лёгкого, у того много трудностей. Вот почему мудрец даже лёгкое считает трудным — потому в конце и не знает трудностей.
為無為，事無事，味無味。大小多少，報怨以德。圖難於其易，為大於其細；天下難事必作於易，天下大事必作於細。是以聖人終不為大，故能成其大。夫輕諾必寡信，多易必多難。是以聖人猶難之，故終無難矣
То, что покойно, легко удержать; то, что ещё не проявилось, легко замыслить. Хрупкое легко расколоть, мелкое легко рассеять. Действуй над этим, пока его ещё нет; правь этим, пока ещё нет смуты. Дерево в обхват рождается из тончайшего ростка; башня в девять ярусов встаёт из горстки земли; путь в тысячу ли начинается под стопою. Кто действует — губит; кто держит — теряет. Вот почему мудрец бездеятелен — потому и не губит, ничего не держит — потому и не теряет. Народ в делах своих постоянно у самого свершения всё губит. Будь в конце столь же осторожен, как в начале, — и не будет загубленных дел. Вот почему мудрец желает не желать и не ценит труднодобываемых благ; учится не учиться и возвращается к тому, что прошли толпы. Так он пособляет тому, что в десяти тысячах вещей таково само по себе, — и не дерзает действовать.
其安易持，其未兆易謀。其脆易泮，其微易散。為之於未有，治之於未亂。合抱之木，生於毫末；九層之臺，起於累土；千里之行，始於足下。為者敗之，執者失之。是以聖人無為故無敗，無執故無失。民之從事，常於幾成而敗之。慎終如始，則無敗事。是以聖人慾不欲，不貴難得之貨；學不學，復眾人之所過。以輔萬物之自然，而不敢為。
Те, кто в древности умел вершить Путь, не просвещали ими народ, а держали его в простоте. Народом трудно править оттого, что у него много премудрости. Поэтому править государством посредством премудрости — разбой для государства; править государством не посредством премудрости — счастье для государства. Кто знает эти два, тот знает и образец. Постоянное знание образца зовётся тёмной силой. Тёмная сила глубока, далека, обратна вещам — и лишь тогда достигает великого согласия.
古之善為道者，非以明民，將以愚之。民之難治，以其智多。故以智治國，國之賊，不以智治國，國之福。知此兩者亦稽式。常知稽式，是謂玄德。玄德深矣，遠矣，與物反矣，然後乃至大順。
Реки и моря потому и могут быть царями ста долин, что умеют ставить себя ниже их, — потому и могут быть царями ста долин. Вот почему, желая быть над народом, непременно ставь себя словом ниже него; желая быть впереди народа, непременно ставь себя телом позади него. Вот почему мудрец пребывает наверху — а народу не в тягость, пребывает впереди — а народу не во вред. Вот почему Поднебесная радостно выдвигает его и не устаёт от него. Оттого что он не соперничает, никто в Поднебесной не может с ним соперничать.
江海所以能為百谷王者，以其善下之，故能為百谷王。是以欲上民，必以言下之。欲先民，必以身後之。是以聖人處上而民不重，處前而民不害。是以天下樂推而不厭，以其不爭，故天下莫能與之爭。
Все в Поднебесной говорят, что мой Путь велик, а как будто ни на что не годен. И лишь оттого, что велик, он как будто ни на что не годен: будь он на что-то годен, он давно бы уже измельчал! У меня есть три сокровища, я держу их и берегу. Первое — милосердие, второе — бережливость, третье — не дерзать быть впереди Поднебесной. Милосерден — потому храбр; бережлив — потому щедр; не дерзаю быть впереди Поднебесной — потому и могу стать главою над утварью. А ныне — отбросить милосердие ради храбрости, отбросить бережливость ради щедрости, отбросить заднее место ради переднего — это смерть! Милосердием воюешь — побеждаешь; им обороняешься — стоишь крепко. Кого хочет спасти Небо, того оно оградит милосердием.
天下皆謂我道大，似不肖。夫唯大，故似不肖。若肖，久矣其細也夫！我有三寶，持而保之。一曰慈，二曰儉，三曰不敢為天下先。慈故能勇，儉故能廣，不敢為天下先，故能成器長。今舍慈且勇，舍儉且廣，舍後且先，死矣！夫慈以戰則勝，以守則固。天將救之，以慈衛之。
Умеющий быть мужем — не воинствен; умеющий воевать — не гневлив; умеющий побеждать врага — не вступает в схватку; умеющий пользоваться людьми — ставит себя ниже них. Это зовётся силою несоперничества; это зовётся умением пользоваться силою людей; это зовётся сопряжённостью с Небом — пределом древних.
善為士者不武，善戰者不怒，善勝敵者不與，善用人者為之下，是謂不爭之德，是謂用人之力，是謂配天古之極。
У знатоков войны есть присловье: «Не смею быть хозяином, но буду гостем; не смею наступить на вершок, но отступлю на аршин». Это зовётся: идти без хода, заносить руку без руки, теснить без врага, держать без оружия. Нет беды большей, чем недооценить врага; недооценив врага, я едва не утратил свои сокровища. Поэтому, когда сходятся два войска, побеждает тот, кто скорбит.
用兵有言﹕「吾不敢為主而為客，不敢進寸而退尺。」是謂行無行，攘無臂，扔無敵，執無兵。禍莫大於輕敵，輕敵幾喪吾寶。故抗兵相加，哀者勝矣。
Мои слова весьма легко понять, весьма легко исполнить. А Поднебесная не может ни понять, ни исполнить. У слов есть предок, у дел есть властелин. И лишь оттого, что этого не знают, меня и не знают. Кто знает меня — редок; кто следует мне — драгоценен. Вот почему мудрец облачён в рубище, а за пазухой у него яшма.
吾言甚易知，甚易行。天下莫能知，莫能行。言有宗，事有君。夫唯無知，是以不我知。知我者希，則我者貴。是以聖人被褐懷玉。
Знать, что не знаешь, — высшее; не знать, а думать, что знаешь, — болезнь. И лишь тот, кто болеет болезнью, тем и не болен. Мудрец не болен, ибо он болеет болезнью, — потому и не болен.
知不知上，不知知病。夫唯病病，是以不病。聖人不病，以其病病，是以不病。
Когда народ не страшится грозы, приходит великая гроза. Не теснись в жилищах их, не гнушайся тем, чем они живут. И лишь оттого, что не гнушаешься ими, они не гнушаются тобою. Вот почему мудрец знает себя — а не выставляет себя, любит себя — а не превозносит себя. Поэтому отвергает то и берёт это.
民不畏威，則大威至。無狎其所居，無厭其所生。夫唯不厭，是以不厭。是以聖人自知不自見，自愛不自貴；故去彼取此。
Смелый в дерзости гибнет; смелый в недерзости живёт. Из этих двух одно на пользу, другое во вред. То, что Небо ненавидит, — кто знает тому причину? Вот почему даже мудрец считает это трудным. Путь Неба: не соперничает — а умеет побеждать; не говорит — а умеет откликаться; не зовёт — а само приходит; неспешно — а умеет замышлять. Небесная сеть широка, широка; редка — а ничего не упускает.
勇於敢則殺，勇於不敢則活。此兩者，或利或害。天之所惡，孰知其故？是以聖人猶難之。天之道，不爭而善勝，不言而善應，不召而自來，繟然而善謀。天網恢恢，疏而不失。
Народ не страшится смерти — как же устрашать его смертью? А если бы народ всегда страшился смерти и творящего смуту я мог бы схватить и казнить, — кто дерзнул бы? Всегда есть ведающий казнью, который казнит; а казнить вместо ведающего казнью — это всё равно что тесать вместо великого мастера. Кто тешет вместо великого мастера, тот редко не поранит себе руки.
民不畏死，奈何以死懼之？若使民常畏死，而為奇者，吾得執而殺之，孰敢？常有司殺者殺，夫代司殺者殺，是謂代大匠斲。夫代大匠斲者，希有不傷其手矣。
Народ голодает оттого, что верхи заедают слишком много налогов, — оттого он и голодает. Народом трудно править оттого, что верхи деятельны, — оттого им и трудно править. Народ легко идёт на смерть оттого, что чрезмерно ищет полноты жизни, — оттого и легко идёт на смерть. И лишь тот, кто не делает жизнь целью, достойнее того, кто дорожит жизнью.
民之饑，以其上食稅之多，是以饑。民之難治，以其上之有為，是以難治。民之輕死，以其上求生之厚，是以輕死。夫唯無以生為者，是賢於貴生。
Человек при рождении мягок и слаб, а в смерти тверд и крепок. Десять тысяч вещей, травы и деревья при рождении мягки и хрупки, а в смерти сухи и ломки. Поэтому твёрдое и крепкое — спутники смерти, мягкое и слабое — спутники жизни. Вот почему сильное войско не побеждает, а крепкое дерево ломается. Крепкое и большое пребывает внизу, мягкое и слабое пребывает наверху.
人之生也柔弱，其死也堅強。萬物草木之生也柔脆，其死也枯槁。故堅強者死之徒，柔弱者生之徒。是以兵強則不勝，木強則兵。強大處下，柔弱處上。
Путь Неба — не подобен ли он натягиванию лука? Что высоко — то книзу, что низко — то кверху; у кого избыток — у того убавляет, у кого нехватка — тому добавляет. Путь Неба убавляет у избыточного и добавляет недостающему. Путь же человека не таков: он отнимает у недостающего, чтобы поднести избыточному. Кто способен избытком послужить Поднебесной? Лишь тот, кто владеет Путём. Вот почему мудрец действует — а не полагается на это, дело свершено — а он в нём не пребывает; он не желает выставлять свою достойность.
天之道，其猶張弓與？高者抑之，下者舉之；有餘者損之，不足者補之。天之道，損有餘而補不足。人之道則不然，損不足以奉有餘。孰能有餘以奉天下？唯有道者。是以聖人為而不恃，功成而不處，其不欲見賢。
Нет в Поднебесной ничего мягче и слабее воды, а в одолении твёрдого и крепкого ничто не может её превзойти — ибо ничем её не заменить. Слабое побеждает сильное, мягкое побеждает твёрдое — в Поднебесной нет никого, кто бы этого не знал, и никого, кто бы мог это исполнить. Вот почему мудрец говорит: «Кто принимает на себя грязь государства, тот зовётся хозяином алтарей земли и злаков; кто принимает на себя беды государства, тот зовётся царём Поднебесной». Прямые слова — как обратные.
天下莫柔弱於水，而攻堅強者，莫之能勝，其無以易之。弱之勝強，柔之勝剛，天下莫不知莫能行。是以聖人云﹕「受國之垢，是謂社稷主；受國不祥，是為天下王。」正言若反。
Примиришь великую вражду — а непременно останется остаток вражды; как же это счесть добром? Вот почему мудрец держит левую половину договора, а с человека не взыскивает. Кто владеет силой, тот ведает договором; кто лишён силы, тот ведает поборами. Путь Неба беспристрастен — но всегда с добрым человеком.
和大怨，必有餘怨，安可以為善？是以聖人執左契，而不責於人。有德司契，無德司徹。天道無親，常與善人。
Малое государство, немногочисленный народ. Пусть будут орудия на десятки и сотни рук — да не применяются; пусть народ дорожит смертью и не переселяется далеко. Пусть будут лодки и повозки — да негде на них ездить; пусть будут латы и оружие — да негде их выставить. Пусть народ вновь плетёт узелки на верёвке и пользуется ими. Сладка ему его пища, красива его одежда, покойно его жилище, отрадны его обычаи. Соседние государства видны друг другу, крик петухов и лай собак слышны друг другу, а народ до старости и смерти не ходит туда и обратно.
小國寡民，使有什伯之器而不用，使民重死而不遠徙。雖有舟輿，無所乘之；雖有甲兵，無所陳之。使人復結繩而用之，甘其食，美其服，安其居，樂其俗。鄰國相望，雞犬之聲相聞，民至老死，不相往來。
Верные слова не красивы, красивые слова не верны. Добрый не красноречив, красноречивый не добр. Знающий не многознающ, многознающий не знает. Мудрец не копит: чем больше делает для других, тем больше имеет сам; чем больше отдаёт другим, тем больше становится у него самого. Путь Неба — приносить пользу и не вредить; путь мудреца — действовать и не соперничать.
信言不美，美言不信。善者不辯，辯者不善。知者不博，博者不知。聖人不積，既以為人己愈有，既以與人己愈多。天之道，利而不害；聖人之道，為而不爭。